Психолог-и-Я

29 791 подписчик

Свежие комментарии

  • Wlad Wlad
    Угу, в тандеме САМКА-ВАГИНА лидером является именно ВАГИНА. Она не только управляет САМКОЙ через БИОХИМИЮ, но даже ПА...«У тебя просто ПМ...
  • Kris
    Да уж, придётся подьиграть, когда не тебе поставили клеймо... Тем более, для себя понять, что за клеймо и откуда вете...Что заставляет му...
  • Wlad Wlad
    А мы не "будем надеяться" мы ЗНАЕМ, что "фемизданутость - это ТРУПНЫЕ ПЯТНА на теле ОБОЖРАВШЕЙСЯ Цивилизации".На родах я заново...

Житейское. "Отдайте мне вашего мужа!"

Житейское. "Отдайте мне вашего мужа!"

Ирина Петровна жарила пирожки.
Пирожки вкусные, из тонкого теста, они надувались такими пухлыми, золотистыми шариками, она осторожно брала их и переворачивала, что бы зажарить другой бочок.
Затем вытаскивала из сковородки и перекладывала на специальное блюдо.

Аромат от пирожков Ирины Петровны разносился по всему подъезду, вырывался на улицу и чуть не сбил с ног маленькую, худенькую девочку-женщину, одетую в болотного цвета плащ, большие очки и с малиновым беретом на голове.
А ещё коротенькие резиновые сапожки, беленькие с красными ягодками.

В дверь позвонили как раз в тот момент, когда Ирина Петровна заканчивала жарить пирожки, вернее вытаскивала последнюю партию, с капустой.

-Петруша, там звонят в дверь...

Но Петруша не слышал, он смотрел футбол, полуфинал его любимой команды, и поедал несмотря в тарелку пирожки.

Вот он искал по тарелке пирожок, засмотревшись в телевизор, и не найдя ничего, задумчиво поднёс ко рту руку и цапнул себя за пальцы.

- Иришаааа, Иришаааа, ауууу, воооууу...

Ирина Петровна в этот момент открыла дверь настойчиво звонившему.

Перед ней предстала девочка-женщина, в болотного цвета плаще, малиновом берете и сапогах с ягодками.

- Здрасти, - проскальзывая в прихожую, между прочим без разрешения, и протирая очки, сказала эта чудо - женщина.

- Здраааасти, - протянула Ирина Петровна, - а вы собственно кто, и к кому?

- Я?  К вам.

- Ко мне?

- Отдайте мне вашего мужа...

- Чего?

- Мужа вашего, Петра Борисовича говорю отдайте.

- Не поняла, а зачем вам он?

- Ему с вами плохо и скучно, а я подарю ему счастье и неземное блаженство.

-Серьёзно?  Это мы сейчас про моего Петю говорим?

Женщина энергично замотала головой:

- Петя, Петруша...

Из комнаты доносились завывания и вопли:
- Гоооол, ГОООООЛ, ваууууу, уааааввввау...

- Петенька, голубчик к тебе пришли.

- Кто там, Ирусенька?

- А ты посмотри.

Петя, в синей майке алкоголичке, тёщины запасы, и в чёрных сатиновых трусах до колена, тёщей же нашитых на будущее, с масляными руками и таким же подбородком, выглядывал из двери.

- Ирусинька..., - Петя замер, застеснялся, засмущался, откинулся назад.
"Маша?  Что она здесь делает?", заметались мысли в голове.

Маша, новая сотрудница, она недавно появилась у них, и как- то так получилось...

Пётр Борисович, последнее время, чувствовал какое-то томление неясное в груди, ему чего-то хотелось такого - эдакого.

Он шёл по улице, наблюдал за молодежью,... вот девчонки, в коротких юбках и обтягивающих штанишках, бегут и хохочут во весь рот.

Им так далеко ещё до возраста Петра Борисовича, у них всё ещё впереди.
А что остаётся ему?

Иришка, его жена, когда-то бегавшая, как вот эти девчонки, после родов двоих детей располнела, некогда аппетитные формы её спереди и сзади, приобрели необъятные размеры.

Тридцать лет, тридцать лет, как один день...

Не успел оглянуться, а уже из юного мальчика - Петруши, превратился в дядю Петю.

Девчонка соседка, Наташка- проказница,  что катал дядя Петя на плечах, уже стала мамой третий раз, превратилась в дородную даму...

Всё течёт, вот уже Петруша и не Петруша вовсе,...а деда Петя, для своего трехлетнего внука Егорушки.

А душа-то молодая,...она душа-то веселья хочет, проказ каких, чего-то такого,...как после душной больничной палаты, когда выходишь на свежий воздух, слаб ещё здоровьем, но чувствуешь себя уже ого-го и хочется горы свернуть.

Вот так и душа у Петра Борисыча, хочет чего-то, может влюбиться, читать Бродского, кстати Маша обожает Бродского, а вот Ирише он никогда не нравился...
А тут такое совпадение, и Кандинского Маша любит, а Ирусика называет мазней.

Пётр Борисович не хочет ехать на дачу и сажать с тёщей помидоры, а хочет любить и веселиться.

От тёщи пахнет старостью, а от Маши молодостью...

Пётр Борисович стоял прислонившись к стене, сердце его стучало где-то в горле.

Чувствовал он себя мальчишкой лет пятнадцати, за которым зашла подружка, а строгая мама допытывает её кто такая, где работают родители и где они, собственно собираются гулять.

- Петруша, -ласковым голосом позвала Ирина Петровна, - выходи, чего ты прячешься, вон девушка хочет тебя забрать.

Пётр Борисович, стыдливо прикрываясь тарелкой из под пирожков, выглянул в прихожую.

- Здравствуйте, Мария Ипатьевна.

- Здравствуйте, - Маша зарделась, и опустила голову, на глазах появились слёзы, - Простите, Пётр Борисович, что я вот так...

- Да что вы, что вы, - проговорила Ирина Петровна, - очень даже правильно вы сделали.
Она повернулась к мужу:
- Петруша, иди умойся и надень штаны, ну что ты, неудобно, ей богу, у нас же гости.

- Проходите на кухню, будете чай?

Пётр Борисович ожидал чего угодно, истерики, воплей, упрёков.

Он бы даже не удивился, что уже тёща стучала бы в дверь, проклиная его и весь его поганый род.

Но такого, Петр не ожидал.
Чего угодно, но не этого...

"Что делать?", - метались мысли в голове, "что делать?"

"Надо позвонить Генке, это он подлец подбил его.
Смотри, мол, как эта новенькая тебя глазами так и ест, так и ест.

Что делать-то?
Вот позорище, это же все узнают и тёща тоже, тьфу ты...

А дети?  Как стыдно...
Стыдно и...волнующе...

Штаны, штаны, Ируся сказала надеть штаны.

О, боже, какие?  Эти треники с вытянутыми коленками?

Нет, он наденет выходной костюм и рубашку, сейчас быстро перебежит в комнату и наденет..."

Пётр появился в дверях в тот момент, когда Ириша и Маша обсуждали рецепт для пирожков.

Он встал в дверях, пытаясь втянуть живот, прислонился к косяку, чувствуя себя Марлоном Брандо, но локоть соскользнул, зацепившись за облупившуюся краску.

Пётр поморщился..
"Надо делать ремонт, и вообще нужно поменять все двери.

Генка вон поменял, во всей квартире, да и тёща пилит, что ничего он, Петруша не делает.
Ага, а кто помидоры твои туда-сюда таскает..."

"Тьфу ты, - ругается Петруша про себя, -  какие помилдоры, какая тёща..."

Ирина одобрительно осмотрела супруга, кивнула головой, молодец мол, сам додумался одеться поприличнее.

- Ребята, - вдруг вскрикнула Ирина Петровна, - а что же вы сидите, идите погуляйте.  Ну!  Петруша, в кино что ли своди девушку или в парк, на карусели.

Пётр Борисович засмущался, поглядывая на Машу и не зная как ему быть.

- Пойдёмте, - несмело пропищала Мария, - я давно не гуляла в парке.

- Петя, можно тебя на секундочку.

"Ну вот, - подумал Пётр, - сейчас начнётся, всё, кончилась сказка..."

- Петруша, у тебя денежки-то есть? - спросила Ирина, - а то неудобно как-то, без денег.

Пётр Борисович закивал головой, "есть мол".

- На вот возьми, купишь ей там мороженое или вату... Ну идите, идите с богом, - подталкивая к дверям сказала Ирина Петровна.

Уже выйдя из подъезда, Пётр Борисович боковым зрением заметил тощую и длинную знакомую фигуру, направляющуюся к ним в подъезд, фигура близоруко щурилась и пыталась рассмотреть лица Петра и Марии.

"Тёща!"

Но Пете было плевать,... Петруша шёл на свидание с девушкой, как когда-то в юности.

- Куда это твой недоделанный намылился?

- И тебе мама здравствуй.  Ой, не спрашивай...

- Костюм новый нацепил, свадебный, дурак дураком.  Идёт, рожу воротит, будто я его не узнаю, полудурка.
Говорила тебе Ирка, за Геньку Малохина выходить надо было, Генька рукастый, а этот...

- Мам, да Генька твой, третий раз женат и всё по любви.  О чём ты?

- А твой чё?  Я стесняюсь спросить, что за Шапокляк рядом с ним трётся?

- Ой, мама...

И женщины зашептались о чём-то серьёзном.

- Ой, гляди Ирка.  Он хоть и дурак дураком, но свой, родной всё же.

- Мам, я сама переживаю, но мне обещали, что всё будет отлично...

- Ну, смотри сама, - серьёзно сказала тёща, - а чё это он мне сегодня подлец помидоры то не отвезёт получается?

- Ну, мама...

- Ну, ничего, скотина, я на тебе потом высплюсь, - пробурчала тёща, - я тебе покажу свиданку, ты у меня попляшешь на огороде, подлюга.  Я тебе там и стихи почитаю, и картину покажу, маслом...

А Пётр шёл с волнением и казалось ему, что все завидуют.
Вот мол, Петенька-то, отхватил молодку.

Маша всю дорогу молчала, а потом вдруг начала строить планы, как они будут жить.
Как купят дачу, у неё есть у мамы конечно, но нужна своя.
Помидорчики там посадить, огурчики.
Заведут ребёночка, Маше уже тридцать три, уже пора.

После родов, в года три ребёнкиных, поедут в Анапу, поездом.
Курицу зажарят, яиц наварят, надо будет горшок купить с крышкой обязательно, -  говорит мечтательно Маша...

- С крышкой?

- Конечно, Петя.  А как ты через весь вагон, извиняюсь, продукты жизнедеятельности своего ребёнка понесёшь?

Петруше стало тоскливо.
"Что опять?  Опять дача и помидоры?
Опять отдых поездом раз в три года в Анапе?
Но как же Бродский, Кандинский?
А как же гулянья под луной?
Чтение стихов, звёзды?
Когда это всё?
Какие дети, какая Анапа?
Он прошёл через всё это тридцать лет назад..."

- Петруша! - требовательно сказала Маша, - ты совсем меня не слушаешь, в чём дело?

Пете уже не казалось что ему все завидуют, ему казалось, что над ним все насмехаются, "вот старый болван, вырядился, как на свадьбу..."

Пете захотелось домой, к своей Ирише.

"Чёрт, - вспомнил Пётр, - помидоры же сегодня тёще обещал отвезти,...время...Время есть, надо драпать..."

- Маша, Мария Ипатьевна, выслушайте меня, пожалуйста...

И Пётр, волнуясь и путаясь, начал оправдываться и говорить, что "Маша -  хорошая девушка, что она найдёт себе ещё свою судьбу.  А он, Пётр, благодарит её за подаренные минуты счастья, окунуться в юность и почувствовать себя мальчишкой..."

- Петя!  Петруша, а как же дача, Анапа и наш будущий ребёночек...

- Не со мной, Маша, не я тебе нужен, - улепетывая прокричал Пётр...

Ирина Петровна вздрогнула от телефонного звонка.
Она боялась взять трубку, но пересилила себя:

- Аллё.

- Идёт домой.

- Да? - обессилено прошептала женщина.

- Да.

- Спасибо...

Машеньки больше на работе не было, Пётр боялся с ней встречи, не знал как себя вести.
Сказали, что внезапно уволилась.

Про неясные томления в груди он забыл, помидоры таскал с тройным усердием, жизнь наладилась.

Ирина записалась на какой то шейпинг, осенью им ехать в Испанию, вот хочет немного привести себя в порядок.
Покрасилась, маникюр, педикюр...

"Иришка-то красотка!"

На кухне сидят Ирина Петровна и подруга её Ольга.

Ольга жалуется, что Витюша, её муж, стал какой-то грустный.

А тут поймала его за писанием комментариев в соцсетях, и разглядыванием его бывших одноклассниц.

- Не то, что твой Петруша, посмотрю на него, над тобой трясётся, весь какой-то бодренький, а мой...

- Есть у меня способ один, встряхнуть твоего Витюшу.  Но смотри Оля, попереживаешь сама тоже.

И женщина что-то зашептала подружке.

- Да ты что?  И что прям помогло?

- Ну, видишь же...Вот её номер телефона, она профессиональная актриса, берёт, конечно, дорого, но это того стоит.
Где они познакомятся, как она будет выглядеть это вы всё обговорите.
Ну, там договоритесь с ней.
Мне тоже её посоветовали в своё время, так вот, тебе передаю.
Иди, иди с богом.

А на даче, под одобрительным взглядом тёщи, весёлый Петруша, таскает ящики со спелыми помидорами и игриво подмигивает своей такой родной и красивой Ирише...
                                                 
  Мавридика

Ссылка на первоисточник

Картина дня

наверх